Слухов о том, что в Украине скоро пройдут выборы президента, все больше. Это правда? И у кого выше шансы на победу — у Зеленского или Залужного? Интервью украинского политолога Владимира Фесенко
Очередные президентские выборы в Украине должны были пройти ровно год назад, в марте 2024-го, однако их отменили из-за военного положения — так же поступили и с парламентскими выборами годом раньше. Зимой 2025-го на фоне возможных мирных переговоров эта тема вернулась в повестку. Так, партия Зеленского «Слуга народа», по данным «РБК-Украина», планирует сменить название, поскольку ее бренд «стал токсичным»; другие политические силы, как утверждало издание, задумались о возможных предвыборных союзах. В конце марта журнал The Economist со ссылкой на источники в официальном Киеве сообщил, что команда Зеленского якобы планирует провести президентские выборы уже этим летом. Спецкор «Медузы» Елизавета Антонова узнала у украинского политолога Владимира Фесенко, при каких условиях выборы все же могут состояться — и какие шансы у двух главных кандидатов: Владимира Зеленского и Валерия Залужного.
— Когда могут пройти выборы президента Украины?
— По оценкам общественных организаций и в соответствии с договоренностью парламентских сил, послевоенные выборы должны состояться примерно через полгода после завершения войны, то есть только после отмены военного положения.
— Почему именно через полгода?
— Такова рекомендация украинских и международных аналитических центров и общественных организаций, которые занимаются избирательным процессом. Например, Международного фонда избирательных систем (IFES), Центра политико-правовых реформ, сети «Опора», которая занимается контролем за избирательным процессом.
Одна только избирательная кампания длится три месяца. Но для того чтобы она прошла, необходимо, чтобы смогли проголосовать несколько сотен тысяч избирателей, которые находятся на фронте. Мы пока этого не знаем, но вряд ли в Украине будет полная демобилизация. Она, вероятно, будет проходить поэтапно, в зависимости от того, насколько это будет согласовано с другой стороной [Россией]. Демобилизация должна идти с двух сторон, а обе стороны будут опасаться распускать свою армию, пока не обретут полную уверенность в том, что война не возобновится.
Кроме того, чтобы понять, кто, где и как будет голосовать, необходимо обновить реестр избирателей. Это самый сложный и проблемный технический момент подготовки к выборам. Данные в реестре сейчас довоенные, а за время войны многое изменилось. Часть избирателей погибли на войне или ушли из жизни естественным путем. Миллионы украинцев поменяли место жительства. Несколько миллионов избирателей находятся за рубежом, причем многие продолжают перемещаться внутри Европы и за ее пределами.
Люди перемещаются и внутри Украины: уезжают из оккупированных регионов и из зон боевых действий — из Харькова, Херсона, Одессы. Надо установить, где все эти люди находятся и где они будут голосовать. Эта техническая процедура требует времени.
Здесь возникает еще одна проблема — законодательная. По ней в парламенте пока нет политического консенсуса. Как организовать голосование за рубежом? Традиционный способ голосования в дипломатических учреждениях в данном случае не сработает, потому что одно дело, когда за рубежом голосует около 100 тысяч украинцев, как было раньше. Но как обеспечить голосование миллионам избирателей? Дипломатические учреждения, в том числе консульские, это не потянут. Остается два варианта: электронное голосование или голосование почтой. Большинство политических сил в Украине, особенно оппозиционных, выступают против электронного голосования, опасаясь, что оно может быть сфальсифицировано; общественные организации указывают на риски хакерских атак.
Вероятно, будет рассматриваться вариант с голосованием почтой, но и здесь надо подготовиться — как технически, так и внести соответствующие изменения в избирательное законодательство. Это только самые значимые вопросы, которые необходимо решить для организации выборов.
— Вы сказали, что проведение выборов возможно только после завершения войны. Что значит «завершение войны» в данном случае?
— Официальная договоренность о прекращении огня. Речь не идет о мирном договоре. Я вообще очень скептически отношусь к возможности всеобъемлющего мирного договора между Россией и Украиной. Потому что какие здесь могут быть гарантии? Допустим, подпишут большой договор, а россияне его нарушат. Напомню, Путина не остановили международно признанные границы Украины 1991 года ни в 2014 году, ни в 2022-м. Но вероятность соглашения о прекращении огня существует — если Россия все-таки на него согласится. На мой взгляд, это единственный, компромиссный вариант завершения войны.
Временное перемирие о прекращении огня в Корее действует до сих пор. Если стороны по разным причинам готовы придерживаться режима прекращения огня, этот режим будет работать.
Поэтому логика такая: стороны договариваются о прекращении огня. Если оно устойчивое и нет активных боевых действий, через некоторое время военное положение либо отменяется, либо не продлевается. Допустим, если бы в начале апреля стороны договорились о режиме прекращении огня и в начале мая его продлили, то Верховная рада могла бы просто не продлить режим военного положения, который истекает 8 мая. И после этого началась бы подготовка к выборам.
Но тут есть важный момент. Одного только факта подписания соглашения о прекращении огня для отмены военного положения недостаточно. Необходимо как минимум 30 дней, чтобы удостовериться в том, что оно соблюдается. При таком сценарии выборы могли бы состояться уже в конце октября. Но сейчас, на мой взгляд, это почти нереально. Уже очевидно, что переговоры затягиваются. Если эта новая позиция, которую озвучил Путин (с требованием ввести над Украиной внешнее управление под эгидой ООН, — прим. «Медузы»), будет его реальным требованием на переговорах, а не просто пропагандистским заявлением, то всё. Это тупик.
Если до лета не будет устойчивого прекращения огня, то, скорее всего, в этом году выборы не состоятся.
— The Economist со ссылкой на источники в украинской власти пишет, что команда Зеленского нацелена провести выборы уже летом — кто-то из источников называет даже июль. Что вы об этом думаете?
— В июле это абсолютно невозможно, в том числе и потому, что по закону о президентских выборах в Украине время на президентскую избирательную кампанию (не только на агитацию, а на кампанию в целом) — 90 дней. 60 дней, которые упоминает собеседник The Economist, дается на избирательную кампанию на парламентских выборах. Этот источник The Economist — человек либо не очень компетентный в вопросе выборов и не знает особенностей законодательства, либо сознательно дезинформирует. Либо, может быть, власть предпримет попытку внести изменения в законодательство — теоретически это тоже возможно. Но сам этот сценарий представляется мне крайне маловероятным.
Кроме того, в статье The Economist говорится, что Зеленскому нужно провести быстрые выборы, чтобы ошеломить конкурентов и обеспечить преимущество Зеленскому. Но конкуренты уже готовятся. Другое дело, что реальный конкурент у Зеленского один — это [бывший главнокомандующий ВСУ, ныне посол Украины в Великобритании Валерий] Залужный. Ему времени на какую-то дополнительную раскрутку не нужно. Для него найдутся толпы юристов, финансисты на кампанию, политтехнологи — там очередь будет из таких людей. Так что этот тезис тоже вызывает сомнения. В борьбе с Залужным [фактор быстрых выборов] ничего не даст.
— Корреспондент «Украинской правды» Роман Кравец на ютьюб-канале издания делился впечатлениями от общения с украинскими политиками на эту тему так: «Про выборы кулуарно говорят все, но публично — никто». У вас схожие ощущения?
— Да. Неофициально о выборах не только говорят — к ним готовятся.
— В чем это проявляется?
— Насколько мне известно, практически все оппозиционные парламентские партии с декабря прошлого года начали проводить предвыборную учебу и семинары для своего актива. Многие усилили информационную активность, а это один из первых признаков приближения выборов.
Например, [Юлия] Тимошенко хочет застолбить за собой нишу партии мира, она активная сторонница мирных переговоров. Она раскритиковала лидера военной разведки ФРГ Бруно Каля за слова о том, что война должна продолжаться, и заявила, что нужно соглашаться на мир. [Глава партии «Европейская солидарность»] Петр Порошенко тоже увеличил свою публичную активность.
Некоторые кандидаты второго эшелона, которые не скрывают своих амбиций на участие в выборах, начали непрямую рекламную кампанию. Непрямую, поскольку прямая вызовет отторжение в обществе, где большинство выступает против проведения выборов во время войны. Появляются билборды с изображениями и именами активистов, выполненные вроде бы не в политическом контексте. Например, реклама Сергея Притулы, который будет возглавлять одну из партий — скорее всего, преемницу партии «Голос». На заправках можно встретить баннеры его фонда с призывом донатить [на нужды ВСУ], но при этом на них изображен Притула.
Еще один общественный деятель, руководитель негосударственного мобильного госпиталя Геннадий Друзенко, тоже не скрывает, что собирается баллотироваться в президенты. Появляется и реклама основателя командира Третьей штурмовой бригады Андрея Билецкого — многие считают, что он тоже может участвовать в выборах. Это все примеры того, как кандидаты рекламируют себя в стилистике избирательной кампании, но якобы в неполитическом контексте.
— Звучит так, будто неофициальная кампания уже началась.
— Да, неформально началась. Большинство [политических сил] готовится к выборам. Кстати, в Украине идет дискуссия, стоит ли проводить все выборы одновременно. Потому что у нас были отложены и президентские, и парламентские. Пока этот вопрос не решен. Но потребность в перезагрузке власти существует.
В «Слуге народа», по моим ощущениям, парламентской кампанией никто не занимается, во всяком случае, никаких признаков такой подготовки нет. Депутаты правящей партии пребывают в неведении, кто из них может баллотироваться.
А вот к президентским выборам офис готовиться начал. Один из показателей — санкции против Порошенко. Он не ключевой конкурент для Зеленского, он третий по рейтингам. Если Залужный не будет участвовать в выборах, то Порошенко может выйти во второй тур вместе с Зеленским, но там проиграет. Потому что у Порошенко большой антирейтинг — 75% украинцев ему не доверяют.
И тем не менее это один из самых богатых людей Украины, у него большие финансовые, организационные и медийные ресурсы. Видимо, в офисе президента [Украины] решили таким образом (при помощи санкций, — прим. «Медузы») урезать его возможности перед выборами. Хотя информационно и политически от этих санкций Порошенко, как мне кажется, скорее выигрывает. Я считаю, что это была ошибка команды Зеленского.
Есть слухи о том, что они (офис президента Украины, — прим. «Медузы») собирают ресурсы, распределяют роли. Некоторые источники называют министра по региональной политике Украины Алексея Кулебу будущим начальником предвыборного штаба. Неофициально какую-то организационную подготовку, видимо, уже ведут, но это опять же по слухам, а не по каким-то реальным признакам. К тому же параметры и сроки избирательной кампании еще не ясны.
— Как вам кажется, зачем чиновники из команды Трампа встречались с Тимошенко и Порошенко?
— У меня большое подозрение, что эта публикация в Politico, как часто бывает со многими публикациями в этом издании, была целенаправленным сливом. Во-первых, таким образом Белый дом мог показать Зеленскому, [что хочет], чтобы тот был более уступчив [в переговорах], — мол, соглашайся на наши требования, иначе мы тебя отодвинем от власти.
Во-вторых, обратите внимание на хронологию: сначала появляется эта публикация, после чего к ним (Тимошенко и Порошенко, — прим. «Медузы») обращаются за интервью. Они охотно выступают и тем самым напоминают о своем существовании. Да, сейчас у Порошенко своя достаточно большая партия и наибольшая оппозиционная фракция в парламенте. Но ни он, ни Тимошенко не имеют реальных шансов выиграть выборы у Зеленского. У Тимошенко нет даже шансов выйти во второй тур, и под вопросом вообще, сможет ли ее партия преодолеть пятипроцентный барьер (на выборах в следующий состав Верховной рады, — прим. «Медузы»). Порошенко, вероятно, сможет. Но численность его фракции в будущем парламенте, скорее всего, будет меньше, чем сейчас.
Публикацию в Politico они использовали для пиара. Мол, раз американцы ведут с нами переговоры, значит, с нами надо считаться, значит, у нас хорошие шансы на победу. Примечательно другое: они подтвердили позицию, которая остается консенсусом для всех украинских политических элит: выборы могут состояться только после завершения войны. Во время войны выборов не будет.
Кроме того, и Тимошенко, и даже Петр Порошенко, несмотря на все его сложности с Зеленским и санкции, которые тот против него ввел, воздержались от прямой критики в адрес президента и от призывов, чтобы он немедленно ушел с должности после конфликта с США. Почему? Потому что сейчас это непопулярно.
Конфронтация между Трампом и Зеленским в Овальном кабинете, как ни парадоксально, сыграла в пользу Зеленского. Рейтинги его поддержки, рейтинги доверия к Зеленскому за последний месяц выросли, об этом говорит в том числе опрос Ipsos. По данным Киевского международного института социологии, в начале февраля Зеленскому доверяло 57%, сейчас — 69%.
Большинство украинцев встали на сторону президента, поскольку в данном случае они поддерживают не политика Владимира Зеленского, а президента Украины. Они посчитали, что Трамп занял несправедливую позицию по отношению к Украине и персонально Зеленскому.
— Вы сами упомянули, что ключевым конкурентом Зеленского был и остается Залужный. Для борьбы с оппонентами часто используют уголовные дела, но также иногда пытаются договориться. Насколько это применимо к ситуации с Залужным?
— Слухи о том, что офис хочет договориться с Залужным, есть. Они появлялись и в прошлом, и в начале этого года. Была неофициальная информация о том, что, когда [глава офиса Зеленского Андрей] Ермак возвращался из поездки в США, он якобы встречался с Залужным. Я думаю, что встречался. И разные источники [мне] говорят, что [с Залужным] ведутся переговоры о том, чтобы он не участвовал в президентских выборах. Вместо этого ему предлагают возглавить список президентской команды на парламентских выборах.
— Вот только зачем это ключевому кандидату на пост президента…
— Слухи о том, что на него оказывают давление, тоже есть. Еще осенью 2022 года появлялась информация о существовании двух уголовных дел, где Залужный якобы фигурирует как свидетель, — за сдачу [украинскими войсками] Херсона. Никакой официальной информации об этом нет.
— При этом Залужный довольно активен в публичном поле.
— Активен. Недавно он, к удивлению многих, раскритиковал Белый дом за нарушение международного порядка. Раньше он появлялся [с колонками и интервью] в The Economist и в некоторых других изданиях. Сейчас он публикуется в «Украинской правде». В социальных сетях он тоже активен. Нельзя сказать, что он занимается самопиаром: он ограничивает свою информационную активность. Но периодически о себе напоминает, в прошлом году у него вышла книга. Залужный не говорит о своих политических амбициях. На мой взгляд, это самая правильная позиция, я думаю, он окончательно определится накануне выборов. Вполне вероятно, что он будет баллотироваться.
Ему не нужно раскручивать себя, с рейтингами у него все в порядке, поэтому он не будет подставляться: если начинать кампанию уже сейчас, для него это лишние риски. Сейчас очевидны два главных фаворита — Залужный и Зеленский.
— Представим крайне маловероятный сценарий: в результате переговоров с США Зеленский решит не идти на выборы. Кому из своего окружения он мог бы предложить пойти на выборы вместо себя? Есть ли вообще, на ваш взгляд, такой человек среди его соратников?
— Тут вопрос в том, насколько этот человек будет способен эффективно участвовать в выборах. По уровню доверия и личной популярности я вижу только один вариант — если бы [первая леди Украины] Елена Зеленская пошла на выборы. Но я в этом сильно сомневаюсь. Я не вижу у нее политических амбиций. Понимаете, в чем дело, Зеленский — единоличный лидер. Там нет фигуры номер два. [Глава офиса Андрей] Ермак — его главный помощник и администратор, но он непубличная фигура. К тому же у него сформировался сильный антирейтинг, поэтому он не может быть электоральной фигурой.
Теоретически достаточно популярная фигура в правительстве — Михаил Федоров, вице-премьер и министр цифровой трансформации Украины. Его считают одним из фронтменов в списке кандидатов от правящей силы на парламентских выборах.
Кто-то считает, что такой фигурой мог бы стать [глава разведки Украины Кирилл] Буданов. Он один из двух военных в стране, которых все знают и которым преимущественно доверяют. Но у Буданова я тоже не вижу ярких политических амбиций. Третий — [главком ВСУ Александр] Сырский, но он абсолютно вне политического контекста.
Поэтому в нынешней ситуации в президентской команде, где все заточено на Зеленского (и когда решение о его участии в выборах внутри его команды уже принято), я не вижу альтернативных вариантов. Слухи о том, что американцы якобы оказывают давление на Зеленского, чтобы он не участвовал в выборах, ходят. Но лично я об этом ничего [достоверного] не слышал. Учитывая характер и темперамент Зеленского, я думаю, что под давлением он просто не согласится уйти.
Беседовала Елизавета Антонова